Выехали мы рано утром, пока ещё не жарко. Дорога до дачи заняла около часа, и всё это время за окном мелькали берёзы, деревушки и бесконечные поля. А потом началось самое красивое.

Сразу за поворотом с шоссе расстилалось поле. Огромное, золотое, колышущееся под ветром. Там росла рожь – высокая, спелая, она переливалась на солнце, будто живая. Казалось, что идешь мимо – и слышно, как колоски шепчутся друг с другом.

Над полем то и дело взлетали птицы. Трясогузки – такие серенькие, с длинными хвостиками – бегали по земле и забавно покачивались, словно кланялись ветру. А рядом, на ветках старых ив, сидели сороки. Они стрекотали громко и деловито, перелетая с места на место и сверкая чёрно-белыми боками.

Когда мы подъехали ближе к лесу, я открыла окно и замерла. Оттуда, из глубины зелёной чащи, доносился знакомый с детства звук – «ку-ку, ку-ку». Кукушка отсчитывала что-то своё, и от этого становилось особенно спокойно и уютно.

На даче мы сразу пошли в сад. Там уже вовсю зрела малина. Мы взяли большие миски и принялись собирать. Кусты были усыпаны ягодами – красными, сладкими, такими ароматными, что руки сами тянулись снова и снова. Я не удержалась и съела несколько штук прямо с ветки. Малина была тёплой от солнца и невероятно вкусной – не то что магазинная.

А неподалёку, на старой яблоне, висели крупные зелёные и уже начинающие желтеть яблоки. Мы попробовали одно – хрусткое, сочное, с лёгкой кислинкой. Видно, что до полной спелости им осталось совсем чуть-чуть, но уже сейчас они были хороши.

Весь день мы провели в саду, слушали кукушку, смотрели на стрекотливых сорок и на поле, что уходило за горизонт. А вечером, когда сели пить чай с малиновым вареньем, я подумала: как же здорово, что есть такие дни – простые, тёплые и по-настоящему летние.